Category:

СМЕРТЬ, ДОК И ВОПРОС ЗЛА

Посвящается Олегу Аркадьевичу, хирургу, спасшему мне жизнь в детстве, Коле Переверзеву, детскому травматологу, и его жене, кардиологу Люде, моей бабушке Александре Ивановне - медсестре хирургии, и всем моим друзьям-врачам. Спешиал сенкс - группе "Медициники".

- Смерть зафиксирована в 12 часов 35 минут, - деревянным голосом сказала медсестричка Таня.

Док молчал. Он прислонился к стене, руки в перчатках застыли камнями. 

Ассистент Игорь посмотрел на него, вздохнул. Не привык ещё. 

А он сам? Привык?

Док кинул взгляд в самый темный угол операционной. Там сидела Смерть.

Сидела и спокойно смотрела на него.

Никогда не привыкну.

- Док...

Это Игорь.

- Док, сказать мне?

- Я тебе буду очень благодарен, Игорь. 

Он оттолкнулся от стены и пошел к умывальнику. 

Выбросил перчатки. Вымыл руки. Умылся. Оперся о края умывальника. И посмотрел в зеркало. На фигуру, что стояла за левым плечом.

- Пошли чай пить, - сказала Смерть.

Док сорвал полотенце, вытер руки, шмякнул его обратно на вешалку.

- Пошли, мать его так…

***

Они сидели в его кабинете. Док предпочитал только заварной, но заварного как назло, не было, закончился, а Таню он звать не хотел, бедняга вымоталась не меньше, и сейчас плачет у себя возле шкафчика, а Андреевна ее успокаивает и отпаивает корвалолом. Для Андреевны корвалол – эликсир бессмертия, помогает практически от всего. 

Док отыскал в шкафу пачку зеленого чая в пакетиках, бросил пакетики в чашки и залил воду.

Смерть благодарственно кивнула и притянула чашку к себе.

- Док, это же у тебя не первый раз.

Он выругался.

- Не ругайся, - Смерть отхлебнула чая, - А впрочем, ругайся. Так будет легче. Знаю. Можешь меня поругать как обычно. Как та меня там? Сукой черной называешь?

- Извини, - сказал Док.

- Всё нормально. Сука – это собака женского пола. Мне нечего обижаться. Собаки – хорошие. Почти такие же как люди. И умирают как люди.

- Ты и к ним приходишь? – поднял глаза Док, - Или есть Смерть собак?

- Ты Пратчета начитался на ночь? – хмыкнула Смерть, - Нет, конечно. Они сами добираются.

- Далеко добираться?

- Да уж не близко, - пожала плечами Смерть, - Я тебе вот что хотела сказать, док… Ты одержимым стал в последнее время. Не замечаешь? Притом, что у тебя процент меня очень небольшой. Сегодня - первый раз за много-много времени.

- Я не хочу никого терять. 

- Я знаю, - сказала Смерть, - Но пойми одну простую вещь. Ты воюешь со мной. А со мной воевать не надо.

- Ты – зло, - Док отпил чая.

- Да, ты считаешь меня злом. Чистым злом. В чистом виде. Но я не зло. Как и не добро. Я – сама по себе. Я - Граница. Переход. Проводник. Как хочешь, так и назови.

- Но я спасаю людей, а ты их убиваешь.

- Да нет же, - ответила Смерть, и доку вдруг почудилась грусть в ее голосе, - Поверь, нет. Я встречаю их, чтобы проводить. 

- Почему тогда ты скелет в черном? И с косой.

- Вы так меня видите. Знаешь, у меня есть друг.

- Друг??

- Ну, назовём его другом. Он видит меня девушкой. Тоже в черном. Но очень красивой. С сиськами третьего размера, кстати. И миловидной. Мы так во сне встретились. Терри видел меня как могучего старика. Совсем по-другому, да? А посмотри на то, как меня индусы рисуют, так я тебе со своим черепом и косой ангелом покажусь. Так что, всё дело в восприятии.

- Знаешь, когда это случилось? Когда я стал одержимым, как ты говоришь?

- Знаю, конечно. Когда ты потерял того ребёнка. Но я тебе скажу, ты ничего в том случае не смог бы сделать. Так было предопределено однозначно. Его имя было в Списке.

- Скажи мне, - док вертел чашку в руках, - Вот твой Список. Что бы я ни делал, но всё будет именно так, как записано? То есть, всё равно, что бы я ни делал, будет так, а не иначе?

Смерть загадочно покачала черепом.

- Не всё так просто, док. Не всё так просто. Но… Ты понимаешь, что будет, если я тебе открою этот секрет?

- Да, - он поставил чашку на стол, - У меня опустятся руки, если я буду знать, что моим пациентам предназначено умереть, и я могу быть слишком беспечным, если буду знать, что они будут жить.

- Уважаю тебя, док. – снова покачала черепом Смерть, - Но я тебе скажу ещё одно. Ты – врач. Думаешь, я просто так сижу почти на каждой твоей операции и смотрю? Если хочешь знать, я получаю нечто вроде наслаждения от того, как ты работаешь. Я восхищаюсь твоей работой. Только я тебе вот что хочу сказать. Ты воюешь против меня. А попробуй сражаться за жизнь. 

- А разве это не одно и то же? – поднял брови док.

- Для тебя – не одно и то же. И для них, собственно, тоже.

Док замолчал. Смерть допила чай.

- Сейчас Таня позвонит, - сказала она.

- Девочку привезли, - раздался в динамике голос медсестрички, - Как вы, док?

- Всё хорошо, Танюш, я сейчас приду.

Он поднялся и глубоко вдохнул. Посмотрел на Смерть. И кивнул ей.

- Будешь смотреть?

- Конечно.

- Её я тебе не отдам.

Смерть ухмыльнулась и похлопала его по левому плечу.

- Конечно не отдашь, док. Мне с тобой не тягаться.

Они вышли в коридор и прошли в операционную. Смерть уселась в своем уголке. А док облачился в халат и одел перчатки.

На операционном столе, прикрепленная ремнями, лежала девочка. Очень похожая на ту…

Таня вопросительно взглянула на него.

- Начинаем, - кивнул он, посмотрел в угол, и еле слышно прошептал: - За жизнь, говоришь?

Смерть кивнула и устроилась на стуле поудобнее.

(с) Киномеханик Макс


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded